Каждую ночь на улице Чапаева проходят мотогонки, разумеется, с соответствующим треском и громом, способным разбудить всех в округе. Вот и сегодня в 3 часа и в 5 часов 20 минут пронеслись такие «призрачные гонщики». Их еще в народе именуют «проездом на этом свете».
Аргументы моих ровесников о том, что мы сами и наши дети тоже гоняли, мне кажется, здесь неуместны. Знаменитый «Минск» или купленный у какого-нибудь деда «Восход», на котором он ездил на рыбалку, не разгонялись больше 70–90 километров в час. Они были довольно тяжелыми для нас, мальчишек, — не чета современным байкам: легким, а главное, скоростным. Поэтому мы ездили на великах или маломощных мопедах типа «Рига» или «Верховина».
Кроме того, родители разрешали купить серьезный транспорт с условием: когда сам на него заработаешь в колхозе или на стройке и пойдешь учиться на права. К тому же у сельского населения основным видом транспорта были именно мотоциклы, автомобили являлись большой редкостью. И дети с детства знали, где магнето, а где карбюратор, с малых лет учились водить с отцом во дворе или в поле.
Ну а в институте, где я учился, существовал настоящий мотоклуб владельцев «Яв», участники которого учились ездить, обменивались опытом вождения и ремонта.
Не буду по-стариковски морализаторствовать в духе «вот мы, а вот они». Не буду упрекать гаишников — в наше время им запрещали гоняться за мотоциклами, дабы не спровоцировать аварию и гибель молодых людей.
Одно лишь спрошу у родителей: если что-то случится с вашим ребенком, которому вы подарили питбайк или что-то подобное, способны ли вы перенести такое горе, как потеря сына или дочери? А если они останутся инвалидами на всю жизнь?
